13 неожиданных фактов о тесте на IQ и его создателе | Marie Claire

Группа психоаналитиков Российской академии наук протестировала российских звезд на интеллект.

IQ расшифровывается как Intelligence quotinent – что в переводе на русский язык означает «коэффициент интеллекта». Класический тест на iq айзека дает возможность определить коэффициент умственного развития человека. Из всех существуующих тестов, классический тест на IQ Айзенка имеет самую высокую точность. Проверить свое IQ Вы сможете на портале онлайн тестов /paytest.ru

Разумеется, тест Айзенка не проходила ни одна звезда, и результаты исследования, конечно же, стопроцентной уверенности не дают. Анализ проводился по косвенным признакам, как то скорость реакции в ответах на вопросы интервьюера, синтаксические особенности речи, остроумие и  общая эрудиция.

Выяснилось, что самым высоким IQ среди звезд обладают Николай Басков, Лена Ленина, Борис Акунин, Алла Пугачева, Владимир Винокур, Владимир Жириновский, Ирина Хакамада и Артемий Троицкий, а самый низкий уровень интеллекта оказался у  Ольги Бузовой, Маши Малиновской, Даны Борисовой, Анастасии Волочковой, Сергея Лазарева и Димы Билана. К сожалению, группа ученых не опубликовала конкретные цифры.

Что касается селебритиз, которые  в свое время все-таки рискнули пройти тест на интеллект, цифры такие: Оксана Пушкина: 147 пунктов, Шерон Стоун — 154, Мадонна: 140, Джоди Фостер: 132, Арнольд Шварценеггер: 135, Джеймс Вуд: 170, Билл Гейтс: 160, Квентин Тарантино: 158. У Барака Обамы  — 120, всего-то на один пункт больше, чем у Анджелины Джоли. Кстати, уровень интеллекта Энджи  ее гражданского супруга Брэда Питта равен.

Минимальные показатели среди западных поп-персон у Бритни Спирс  — 97 пунктов, Линдсей Лохан — 93 пункта, Пэрис Хилтон — 70 пунктов, а также у Моххамеда Али и Сильвестра Сталлоне — 74 и 54 пункта соответственно.

Согласно общепринятому тесту Айзенка, нормальным диапазоном считается показатель от 85 до 115 баллов. Если при прохождении теста человек набирает результат 115-125 баллов, то он обладает интеллектом выше среднестатистической нормы. Высокий уровень интеллекта колеблется в районе 125-135 набранных баллов. Показатели свыше этого причисляются к гениальности. С другой стороны, показатель ниже 70 пунктов говорит о умственной отсталости

тест на iq айзека

Уровни значений IQ

Люди, у которых показатель IQ превышает 140, диспонируют отличными творческими данными и двигают науку и знания вперёд. Менее 3% населения имеют показатели IQ между 130 и 140. Речь идёт о крайне редком высоком показателе IQ.

Уровень IQ выше 140

Люди, у которых показатель IQ превышает 140, диспонируют отличными творческими данными и двигают науку и знания вперёд. Это гении своей эпохи, разрабатывающие новые теории и создающие новые изобретения. Эта группа составляет приблизительно 0,2% населения. Из известных личностей таким показателем обладают Билл Гейтс и Стивен Хоукинг.

 

Уровень IQ от 131 до 140

Менее 3% населения имеют показатели IQ между 130 и 140. Речь идёт о крайне редком высоком показателе IQ. Люди с таким IQ зарекомендовывают себя хорошими менеджерами или специалистами в конкретных областях, а также успешными учёными и исследователями. Например IQ губернаторa Калифорнии и бывшего актёра Арнольда Шварценеггера или актрисы Николь Кидман входят в данный диапазон .

 

Уровень IQ от 121 до 130

Показатели между 121 и 130 считаются более высокими значениями выше среднего интеллекта. Люди с таким IQ легко заканчивают ВУЗы, а в менеджерских и творческих профессиях они могут достичь выдающихся результатов. Эта группа составляет приблизительно 6% населения.

 

Уровень IQ от 111 до 120

Речь идёт о показателе интеллекта выше среднего. Обучение в ВУЗах не составляет для этих людей трудностей и они заканчивают их без проблем. Если человек трудолюбив, он может получить отличное рабочее место на рынке труда. Среди населения люди с таким показателем IQ составяют приблизительно 12%.

 

Уровень IQ от 101 до 110

Полученные значения IQ между 101 и 110 считаются высоким уровнем средних показателей. Люди с такими показателями с трудом заканчивают ВУЗы, но если человек усидчив и трудолюбив он может получить отличное рабочее место.

Эта группа составляет непосредственно 25% населения.

 

Уровень IQ от 91 до 100

Полученные значения IQ между 91 и 100 считаются средним уровнем интеллекта, которым обладают примерно 25% населения. Лица с такими показателями без проблем сдают заключительные экзамены и работают, в основном, в среднем менеджменте.

 

Уровень IQ от 81 до 90

Люди с такими показателями IQ, т.е. между 81 и 90, способны закончить начальную школу и неплохо устроиться в профессиях и работах, связанных с физическим трудом. Речь идёт об уровне интеллекта, незначительно сниженного относительно среднего. Они составляют 10% населения.

 

Уровень IQ от 71 до 80

Речь идёт об умственной отсталости меньшей степени. Люди с таким показателем с трудом справляются с начальной школой, однако специальные школы заканчивают почти без проблем. Эти люди составляют десятую часть населения.

 

Уровень IQ от 51 до 70

Лица с показателем IQ между 51 и 70 способны закончить специальную школу, если им уделяют достаточно времени и усилий. Им под силу позаботиться о себе и справиться с повседневными хлопотами. Речь идёт о лёгкой форме умственной отсталости (дебилизме). В обществе их около 7%.

 

Уровень IQ от 21 до 50

Речь идёт о среднем показателе умственной отсталости (слабоумии). Люди с таким показателeм неспособны учиться, но им под силу позаботиться о себе и жить более-менее самостоятельно. Среди населения эти люди составляют около 2%.

 

Уровень IQ до 20

Речь идёт о тяжёлой умственной отсталости (идиотизме). Такой человек неспособен учиться и его невозможно воспитать.

Зачастую он находится на попечении других и ему не под силу самому о себе позаботиться. Он часто живёт в своём собственном мире, а окружение не воспринимает. Такие люди составляют 0,2% населения.

 

IQ и шахматы

Предыдущая43444546474849505152535455565758Следующая

 

11 мая 1997 года в Эквитабл‑центре в пригороде Манхэттена Гарри Каспаров, который с 1985 года был чемпионом мира по шахматам, сдался всего лишь после 19 ходов в последней игре матча, состоявшего из 6 партий, в котором он играл против Deep Blue , шахматного компьютера, разработанного инженерами IBM.

Это было второе поражение Каспарова в матче: он выиграл одну игру; три другие окончились вничью – это означало, что он проиграл весь матч и, что еще важнее, лишился своего неофициального титула «лучшего шахматного мозга на всей планете», по словам репортера New York Times , присутствовавшего при этом событии.

В шахматном мире и за его пределами разыгрались грандиозные споры о том, что означает поражение Каспарова. (За несколько дней до матча журнал Newsweek опубликовал большую статью, на обложке красовалось название, которое дал журнал этому матчу – «Последний оплот человеческого мозга».)

На мрачной послематчевой конференции Каспаров сказал, что он стыдится своего проигрыша и озадачен необыкновенными способностями Deep Blue . «Я – всего лишь человек, – вздохнул он. – Когда я вижу перед собой что‑то, намного превосходящее мое понимание, я начинаю бояться».

Для многих людей триумф Deep Blue символизировал не только вызов человеческому мастерству в шахматах, но и экзистенциальную угрозу уникальному интеллекту нашего биологического вида. Это как если бы школа дельфинов сочинила великолепную симфонию.

Действительно, умение играть в шахматы довольно долго считалось символом гибкости мозга: чем ты интеллектуальнее, тем лучше играешь в шахматы, и наоборот. В своей вышедшей в 1997 году книге «Гений в шахматах» британский гроссмейстер Джонатан Левитт вывел точное математическое соотношение между IQ и шахматными талантами, назвав его равенством Левитта:

 

 

Elo ~ (10 x IQ) + 1000

 

Сочетание Еlo обозначает турнирный рейтинг игрока – и в своем равенстве, объяснял Левитт, он имел в виду самый высокий рейтинг, которого игрок может достигнуть «после многих лет участия в турнирах и изучения шахмат». (Забавная закорючка после слова Elo означает приблизительное равенство.) Так что если у вас среднестатистический IQ, равный 100, то, по вычислениям Левитта, высший рейтинг, на который вы когда‑либо можете надеяться, будет равен 2000. IQ, равный 120, может потенциально добыть вам 2200 очков. И так далее.

Шахматные гроссмейстеры обычно имеют рейтинг от 2500 и выше; в соответствии с формулой Левитта это означает, что каждый из них обладает IQ как минимум в 150 баллов, что считается уровнем гениальности.

Но не все принимают предпосылку о том, что шахматные таланты тесно и непосредственно связаны с чистым IQ. Джонатан Роусон, молодой шотландский гроссмейстер, который написал несколько провокационных книг о шахматах, называет равенство Левитта «совершенно неверным».

Роусон говорит, что наиболее важные таланты в шахматах вообще не имеют отношения к интеллекту; это таланты психологические и эмоциональные .

«Большинство ведущих академических трактатов по шахматам упускают из виду то, что является важнейшими составляющими мышления и чувствования шахматного игрока, – писал Роусон в своей книге «Семь смертных шахматных грехов» (The Seven Deadly Chess Sins ). – Их вина в том, что они воспринимают шахматы как почти исключительно когнитивное занятие, где выбор ходов и понимание позиций опирается только на основу ментальных паттернов и умозаключений».

 

Две наиболее важные управляющие функции – это когнитивная гибкость и когнитивный самоконтроль. Оба эти навыка занимают центральное место в той подготовке, которую Шпигель дает своим ученикам.

 

В реальности же, писал он, если вы хотите стать великим шахматистом или пусть даже просто хорошим, «ваша способность распознавать свои эмоции и находить применение им до последней капли так же важна, как и способ вашего мышления».

В ходе шахматных занятий в IS 318 и в послеигровых инструктажах учащихся во время турниров Элизабет Шпигель часто передает своим питомцам специфическое шахматное знание: как заметить разницу между славянской и полуславянской защитой; как определить сравнительную ценность слона, передвигающегося по белым полям, и слона, передвигающегося по черным.

Но бóльшую часть времени (и это поразило меня, пока я наблюдал за ее работой) то, что она делала, было намного проще – и одновременно намного сложнее: она учила своих учеников новому способу мышления .

Ее методология тесно связана с метакогнитивными стратегиями, которые изучал Мартин Селигман и преподавала Анджела Дакворт. А мне ее система показалась неразрывно связанной еще и с исследованиями, которые проводят неврологи в области управляющих функций – тех ментальных способностей высшего порядка, которые сравнивают с контрольным центром авиадиспетчеров в мозгу.

Две наиболее важные управляющие функции – это когнитивная гибкость и когнитивный самоконтроль. Когнитивная гибкость – это способность видеть альтернативные решения задач, думать «за пределами ящика», вести переговоры в незнакомых ситуациях. Когнитивный самоконтроль – это способность подавить инстинктивную или привычную реакцию и заменить ее более эффективной, но менее очевидной.

Оба эти навыка занимают центральное место в той подготовке, которую Шпигель дает своим ученикам. Чтобы побеждать в шахматах, говорит она, необходима высокоразвитая способность видеть новые и отличные от прежних идеи. «Какой особенно творческий, ведущий к выигрышу ход вы просмотрели?

Какой потенциально гибельный ход своего противника вы слепо игнорируете?»

Она также учит своих подопечных сопротивляться искушению сделать напрашивающийся привлекательный ход, поскольку такой тип ходов (как выяснил Себастьян Гарсия) часто ведет к возникающим далее проблемам.

– Обучать шахматам – значит, обучать тем привычкам, которые связаны с мышлением, – объясняла мне Шпигель, когда я присутствовал на ее занятиях. – К примеру, как понимать свои ошибки и как научиться лучше осознавать свои мыслительные процессы.

До того как стать учительницей шахмат в IS 318 , Шпигель преподавала восьмым классам английский язык, и в этом качестве, как она сама говорит, была полной катастрофой. Она преподавала основы сочинения так же, как анализировала шахматную игру Себастьяна: когда студенты сдавали ей письменные работы, она проходила по каждой работе, предложение за предложением, с каждым студентом, задавая вопросы: «Ну, ты уверен, что это наилучший способ сказать то, что ты хочешь сказать»?

– Они смотрели на меня, как на безумную, – говорила она мне. – Я сочиняла им длинные письма по поводу того, что писали они. У меня уходил целый вечер на разбор шести или семи работ.

Пусть преподавательский стиль Шпигель не слишком подходил для занятий английским языком, зато ее опыт преподавания английского помог ей лучше понять то, что она хотела делать в классе шахмат.

Вместо того чтобы следовать шахматной программе, расписанной на весь год вперед, она решила, что будет составлять свой учебный календарь «на ходу», планируя уроки исключительно на основе того, что ее ученики уже знали, и, еще важнее, того, что они не знали.

К примеру, она как‑то взяла своих учеников на шахматный турнир – и заметила, что многие из них «подвешивают» фигуры (это означает, что они оставляли свои фигуры незащищенными, делая из них легкие мишени). В следующий понедельник она посвятила урок тому, как не «подвешивать» фигуры, реконструируя проигранные игры на зеленых учебных досках, висящих на крюках перед всем классом. Снова и снова она разбирала игры своих учеников, и индивидуально, и целым классом, досконально анализируя, где игрок пошел неправильно, где он мог пойти по‑другому, что могло бы случиться, если бы он сделал лучший ход, и прокручивая все эти вероятные сценарии на несколько ходов вперед, прежде чем вернуться к моменту ошибки.

Хотя со стороны может показаться, что такой подход весьма разумен, в действительности это совершенно необычный способ преподавания или изучения шахмат.

– Тщательное фокусирование на том, что у тебя не получается, создает дискомфорт, – рассказывала мне Шпигель. – Так что обычно люди учатся играть в шахматы, читая книги о них. Книги эти могут быть забавными, часто интеллектуально развлекательными, но прочитанное не превращается в навык. Если хочешь по‑настоящему достичь чего‑то в шахматах, необходимо анализировать свои игры и выяснять, что и где ты сделал не так.

В идеале это немного похоже на то, что люди получают от психотерапии, говорит Шпигель. Вы разбираете уже совершенные вами ошибки – или те ошибки, которые продолжаете повторять, – и пытаетесь добраться до причин, по которым вы их делаете. И точно так же, как лучшие психотерапевты, Шпигель старается провести своих учеников по узкой и трудной тропе: заставить их принимать ответственность за свои ошибки и учиться на них, не зацикливаясь на этих ошибках и не предаваясь самобичеванию .

 

Предыдущая43444546474849505152535455565758Следующая

Date: 2015-09-24; view: 701; Нарушение авторских прав

Понравилась страница? Лайкни для друзей:

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *